Что касается четырех планов модернизации и развития, подготовленных соответствующими официальными службами, то их значения нельзя отрицать, поскольку они, с одной стороны, фиксировали внимание руководящих кругов й общественного мнения на необходимости решения тех или иных задач, а с другой, — предоставляли в распоряжение руководителей государственного и частного сектора экономики совокупность взаимосвязанных проектов, возможных решений, в рамках которых они могли сделать выбор своих частных вариантов. Однако эти проекты содержали именно вероятные решения. Поэтому действительное решение еще должно было быть принято. Единственной областью, в которой планы предлагали конкретные решения, являлась область государственных инвестиций: однако и здесь по крайней мере главные решения, т. е. арбитраж требований и предложений, выдвигавшихся различными комиссиями по модернизации, принимались министрами. Высшая администрация играла важную роль, однако роль правительства была еще более важной.
Таким образом, нам представляется, что в области внешней политики, институционных преобразований и экономической политики влияние высокопоставленных должностных лиц не является определяющим. Точнее, оно почти не играет роли в тех случаях, когда принимаемые решения дают повод для возникновения острых конфликтов между политическими силами. В этом нет ничего удивительного: когда проблема вызывает споры, и партии, профсоюзы, профессиональные организации занимают по отношению к ней определенные позиции, высокопоставленные должностные лица стремятся уклониться от ясного высказывания своего отношения к опорному вопросу отчасти из-за осторожности, отчасти из-за приверженности нейтральной концепции общественной пользы; более того, они считают, что могут играть роль посредников в подготовке компромиссного решения. Именно вследствие этого влияние высокопоставленных должностных лиц (как категории) по таким проблемам, как Европейское оборонительное сообщество или независимость Алжира, было слабым.
Напротив, в тех случаях, когда принимаемое решение не создает конфликтной ситуации или по крайней мере острого конфликта между политическими силами, влияние группы высокопоставленных должностных лиц может быть более сильным. Не являясь определяющим, влияние этой категории на решения вопросов экономического характера проявляется более ощутимо, чем в области внешней политики, просвещения, социальной политики и др. Французские политические партии не имеют экономических доктрин в собственном смысле слова. Они часто выступают защитниками тех или иных социально-профессиональных категорий или региональных экономических интересов. Однако они редко выдвигают такие предложения, которые представляли бы собой арбитраж интересов категорий или интересов регионов. С другой стороны, относительно специальный характер некоторых экономических и финансовых проблем чрезвычайно затрудняет их доктринальное изложение (например, вопросы координации транспортных перевозок, установления денежного курса, финансовой помощи франкоязычным африканским государствам и др.). Поэтому по таким важнейшим экономическим проблемам, как ориентация сельскохозяйственного производства или координация политики в области энергетики, руководители партий зачастую занимают позиций, свидетельствующие об их озабоченности интересами определенных социально-профессиональных категорий, но они лишь в редких случаях выдвигают свои программы в противовес правительственным проектам.
Эта относительная «деполитизация» экономических проблем порождает в сознании высокопоставленных должностных лиц представление о том, что в данной области они могут разрабатывать и предлагать различные программы и планы, «не занимаясь политикой».
Так же читайте
